February 24, 2017

 

 

Покуда пролетарии всех стран
К объединенью странному стремились,
Бездарности всех стран объединились
В сплоченный мир бандитов и мещан.
Бездарность лютая идет по белу свету —
Спасенья нету!

Р.Быков

 

Талантливейший из талантливых. Гениальный Ролан Быков. При первой встрече с ним М.Ромм выдал: «он или полный идиот, или гений». Похоже, что всё-таки гений…

 

Впервые на сцену он вышел в 4 года и, с его слов, уже никогда не сходил с неё. Он рассказывал историю, как в 4 года более взрослая соседская девочка привела его в театр, заманив тем, что там можно бесплатно и сколько угодно смотреть кино. На вопрос дамы, которая просто набирала детей в самодеятельность, а что он умеет, он ответил: «смотреть бесплатно кино». Предложили почитать стишок и тут-же разучили с ним «ходят волны кругом вот такие, вот такие большие. Ходят по морю волки морские». Он вышел на сцену и стал показывать огромные волны, а при слове волки завыл. Зал ревел. Из-за кулис подсказывали: «кланяйся», а мальчик видел только бабушкины молитвы и поклоны…Он стал на колени и начал бить головой поклоны. Зал стонал. Тут уж он на всю жизнь получил прозвище «Артист».

 
В его активе 115 ролей и 10 режиссерских работ. Но не столь известна другая сторона его талантов — он был поэтом. Стихи писал с раннего детства и к 10 годам уже знал, что станет поэтом. Он издал сборник «Стихи Ролана Быкова» и объяснял, что это не «Стихи. Ролан Быков», ибо он не посягает на лавры Мандельштама, Ахматовой…Он- любитель. Но стихи у него замечательные. Мы, наверное, ещё не до конца ощутили, что ОН ушёл, ибо живём тем, что он оставил после себя.

 

Ролан Быков

Ролан Быков и Олег Янковский в фильме «Служили два товарища».

 

Он считал себя счастливым человеком. При его неказистой внешности, маленьком росте, он пользовался большой популярностью у женщин. Первый брак с Лидией Князевой распался: «В нашем пулемётном расчёте два первых номера. Некому подносить патроны».

 
Лена Санаева : «Я сразу поняла, что я буду не только подносить патроны, но и стрелять»… Она стала Ангелом-хранителем для Мастера на всю жизнь. Любила, прощала и терпела. Он тяжело переносил неудачи, семь лет пил по-черному, а потом вдруг завязал в один день. Сидел, прячась, в ипподромовском ресторане, и увидел, как вошла Лена — такая юная, красивая и такая испуганная и понял — хватит. Елена Санаева говорит о годах, прожитых вместе с Роланом, с огромной любовью. Он любил устраивать праздники, дарить подарки, баловать свою Леночку.

 

Ролан Быков
А он так много ещё не успел — сыграть Пушкина (мечтал и вынашивал идею), снять ещё фильмы, написать книгу. Но того, что он успел, с лихвой хватит на две жизни.

 

Ролан Быков

Елена Санаева и Ролан Быков в фильме «Приключения Буратино»

 

Я Бога моего прошу
Простить меня за то,
Что радость я свою ношу
Отдельно, как пальто,
Ее приходится снимать
На время иногда,
Чтоб не испачкать и не смять,
Когда придет беда.
Но чтоб не стать мне дураком,
Пусть даже счастье, пусть,
Ношу под радостью тайком,
Как душегрейку — грусть.

 

В предисловии к сборнику своих стихотворений Ролан Быков писал:
«Стихи пишу с раннего детства — лет в десять я был уверен, что стану поэтом, и это вовсе не мешало мечте скакать на лошади с развевающейся сзади буркой и, совершив подвиг, умереть героем. Втайне горько плакал, когда представлял себя распростертым на земле со смертельной раной на груди, просто рыдал — и тогда чудом все-таки оставался в живых. Мечтал стать артистом, педагогом, ученым и музыкантом (меня однажды поразил звук флейты — я его до сих пор слышу). Как это ни странно, но все мои мечты так или иначе сбылись — не все в виде профессии, но это не важно. Очевидно, немного задержался в детстве — люблю все, особенно все вместе.

 

Смотрел я телевизор.

Я заболел ангиною.

Какою-то кошмарною,
Лежал с температурою,
Как маленький, стонал.
Пришло выздоровление,
Как жизни откровение,
Я сел у телевизора,
И вдруг в него упал!
Про физику и лазеры
Мне Капица рассказывал,
Потом я два часа смотрел
Про то, что нет дорог,
Потом я слышал пение
И видел вдохновение,
Все в цвете, все в движении,
Все до изнеможения…
И я подумал — может быть,
Вот так все видит Бог!
Войну ведет Британия,
Израиль и Танзания,
И льется в мире кровь.
И рвутся черепа людей
От знаний и незнания,
А песни, главным образом,
Про счастье и любовь.
Мгновения эфирные
Совсем не эфемерные —
Всё временем измерено
И спутано притом:
«Уехал милый надолго»,
Стоят на поле надолбы,
Где строить что-то кончили,
Где трудно со скотом!
Там к супу важны специи,
А там проблемы Греции,
А там стихии, бедствия, —
Всё в кашу, всё гуртом.
Я думал о столетиях,
Потом тысячелетиях,
Когда такого из людей
Никто видать не мог,
И в центре мироздания,
Несчастное создание, —
Глядел на это он один —
Один лишь в мире Бог!

 

Стихи с годами вошли в жизнь, стали необходимостью. Пишу везде: на съемках, в поезде, в ресторане, в письмах, на салфетках, иногда импровизирую, не записывая. Они помогают в трудную минуту подняться над суетой, сохранить в себе себя. Поэт — конечно, тот, кто открыл свой язык, создал свою художественную материю — это возможно лишь ценой всей жизни без остатка. Там, где звучат Марина Цветаева, Осип Мандельштам, Борис Пастернак, Белла Ахмадулина, Андрей Вознесенский, Давид Самойлов, Иосиф Бродский — я влюбленный поклонник.

 
Поэтому я и не написал «Ролан Быков. Стихи», а «Стихи Ролана Быкова» — это совсем другое. Просто многие люди — поэты, и живут в стихах, независимо от того, пишут они или нет — я один из них. Может быть, я и мог стать поэтом, но я все-таки лицедей — мне это нравится больше, хотя стихи играют огромную роль в моей жизни.
Ролан Быков

Ролан Быков с Еленой Санаевой и музыкантом Стасом Наминым.

 

Мы знаем…

Мы знаем все — луч света в темном царстве
Светил на утлом школьном берегу,
Пред нами океан родного государства
И чьи-то капли крови на снегу.

Мы знаем все, что коммунизм есть фаза,
А дале общество гармонии грядет,
И то, что всяких там троцкистов фраза
Нас лишь заводит,
Но не приведет.

Мы знаем, что все штаты и не штаты
Загнили там, на дальнем берегу,
Все мы — потенциальные солдаты
И в вечном перед Родиной долгу.

Мы знаем все, что обыватель злобный
Из подворотни нашу жизнь чернит,
И что-то там такое камень пробный,
И что-то там еще на их пути гранит.

Мы знаем, что проклятые китайцы,
Гегемонисты сбилися с пути,
И все мы — турки, русские, нанайцы —
В конце концов должны им подмогти.

Мы знаем, что культ личности — ошибка,
Но это не меняет ничего,
Наш паровоз и все такое шибко
Летит вперед под знаменем его.

Мы знаем, знаем — все мы акселераты,
Поэтому мы знаем наперед,
Что даже если мы дегенераты,
История нас к цели приведет.

Мы знаем, что себя мы водкой губим
И что с судьбой играем, как с огнем,
А Родину, а Родину мы любим
И за нее действительно умрем.

* * *
Спаси меня, великий Боже,
От доброты.
Она меня дробит и множит
До срамоты.
Она давно уж не подходит
Под времена
И, как коня, меня подводит
Под стремена.
Вокруг друзья с большой дороги,
Как в страшном сне,
И редко кто не вытрет ноги
О душу мне.

 

Если б не стихи, я не смог бы, например, снять и защитить фильм «Чучело». Меня обвиняли Бог весть в чем, предлагали посадить, требовали запрещения фильма. Каждый день возвращался я домой раздавленным, убитым, желая только одного — чтобы все это кончилось. По старой привычке к дневнику я писал стихи, и они спасли меня — я выдержал.»

 

Е.Санаевой

Опять в дороге, вновь в «стреле»,
Как старый черт на помеле,
Несусь сквозь тьму и ночь,
Пишу стихи, хлебаю чай,
Стихи приходят невзначай
Больной душе помочь.

И мысли снова в даль влекут,
Они проходят сквозь строку,
И только боль острей.
Стучат колеса мерно в такт,
Передо мной за фактом факт,
И все быстрей, быстрей.

Через пробоины в душе
Я вижу детство в шалаше,
Как плакал, всех любя.
Глядел на небо из дыры
И видел дальние миры
И глубину себя.

Как пахла прелая трава!
Как больно ранили слова!
И как был сладок сон!
Смешное было так смешно,
Грешное вовсе не грешно,
И жизнь со всех сторон.

Рос ясень и ловился язь,
Меж всем была простая связь,
Как птица и полет.
Обиды были горячи,
И били из земли ключи
Холодные, как лед.

Стучат колеса, бьют в висок,
Струится подо мной песок,
Я у воды лежу.
Она в купальнике, в очках,
Вся в золотистых волосках,
Я на нее гляжу…

Как этот день сейчас далек,
Он вдруг явился между строк
И летом обдал вдруг.
Как я люблю вас, облака,
Как я люблю тебя, строка,
Мой добрый, нежный друг.

 

B 1990 году Ролан Быков снял десятиминутную картину «Я сюда больше никогда не вернусь» («Люба») по заказу ЮНЕСКО.

 
Шокирующий фильм о повседневности — о родителях и детях; насилии и невежестве; о том, как наше безразличие, ограниченность и тупость калечит жизнь детей.

 
О десятиминутной ленте Ролана Быкова «Люба», или «Я больше сюда никогда не вернусь», почти никто не знал. 20 лет назад его купили кинопрокатчики многих стран. Но к отечественному зрителю этот коротенький киношедевр пришел лишь благодаря интернету, где ссылка на ролик передается «из рук в руки».

 

 

 

    Покуда пролетарии всех стран К объединенью странному стремились, Бездарности всех стран объединились В сплоченный мир бандитов и мещан. Бездарность лютая идет по белу свету — Спасенья нету! Р.Быков   Талантливейший из талантливых. Гениальный Ролан Быков. При первой встрече с ним М.Ромм выдал: «он или полный идиот, или гений». Похоже, что всё-таки гений…   Впервые на сцену он вышел в 4 года и, с его слов, уже никогда не сходил с неё. Он рассказывал историю, как в 4 года более взрослая соседская девочка привела его в театр, заманив тем, что там можно бесплатно и сколько угодно смотреть кино. На вопрос дамы, которая просто набирала детей в самодеятельность, а что он умеет, он ответил: «смотреть бесплатно кино». Предложили почитать стишок и тут-же разучили с ним «ходят волны кругом вот такие, вот такие большие. Ходят по морю волки морские». Он вышел на сцену и стал показывать огромные волны, а при слове волки завыл. Зал ревел. Из-за кулис подсказывали: «кланяйся», а мальчик видел только бабушкины молитвы и поклоны…Он стал на колени и…

Нет комментариев

Добавить комментарий